Warning: Creating default object from empty value in /home/users/m/mkam/domains/vandeya.ru/wp-content/plugins/buddypress/bp-loader.php on line 71
 Казачья Вандея. Лиенц. Голгофа не только казаков, но и всего Русского народа. | Русская Вандея

Казачья Вандея. Лиенц. Голгофа не только казаков, но и всего Русского народа.

09.11.2012 в Казачья Вандея., Русская Вандея. Хроника преступления.

Великая трагедия всего русского народа.В трагической истории российского казачества XX в. есть день, вошедший как одна из кровавых страниц в историю народа, который на протяжении многих веков осуществлял охрану российских границ от всяческих посягательств «соседей» на целостность государства. Таким днем является 1 июня 1945 г. В советский период историографии этой дате не было посвящено ни одной публикации, и только за последние годы стали известны некоторые подробности этой трагической даты.
27 мая в 5 часов вечера английский офицер, майор связи В. Р. Дэвис, в сопровождении двух младших офицеров, прибыл в расположение Казачьего Стана в Лиенце. Он доставил генералу Т. И. Доманову приказ английского военного командования, в котором указывалось, что все казачьи офицеры должны были следовать на следующий день в Шпиталь, по приглашению английского фельдмаршала Гарольда Александера на конференцию, предметом которой будет тема: «Общая военно-политическая обстановка и военнопленные казаки».
На следующий день, примерно в 13 часов, прибыли английские автомашины, которые сопровождал майор Дэвис и несколько английских офицеров. Пересчитав выстроенных казачьих офицеров, Дэвис предложил занимать им места в автомобилях. Машины тронулись в путь. В это время из лагеря Пеггец выехали 645 офицеров и присоединились к первой колонне. На трассе Лиенц — Никольсдорф к колонне присоединились новые грузовики с офицерами-казаками из Атаманского конвойного полка и 2-го Казачьего полка, а также из юнкерского училища. Всего на конференцию ехало 14 генералов, 2359 штаб- и обер-офицеров, 65 военных чиновников, 14 докторов, 7 фельдшеров и 2 священника.
Когда офицеров доставили в Шпиталь, их взорам предстал длинный ряд проволочных заграждений и лагерь с длинными рядами бараков. Во дворе лагеря в это время уже находились офицеры Штаба генерала Шкуро во главе со своим предводителем, доставленные в лагерь ранее.
Произведя обыск у привезенных офицеров, и отобрав все личные вещи, англичане развезли офицеров по баракам.
Распространился слух, что Т. И. Доманову в лагерной комендатуре объявили, что 29 мая, т.е. на следующее утро все привезенные офицеры и генералы будут выданы СССР. Страшное известие ошеломило всех без исключения, ибо никто ранее не мог допустить и мысли, что англичане способны уготовить такой страшный финал казакам.
Сопровождая своего национального героя генерал-лейтенанта Султан Келеч-Гирея, прошли по лагерю Северо-Кавказские нотабли (почетные старейшины) — адыгейцы, абадзехи, черкесы, кабардинцы, карачаевцы, осетины, балкарцы. Подойдя к воротам внутреннего лагеря, они вызвали английского коменданта и пытались воздействовать на него, протестуя против выдачи северо-кавказцев в СССР. Но ответ был один: «Получен приказ произвести выдачу, и она будет произведена!».
В течение ночи несколько офицеров повесились, другие перерезали вены осколками разбитых стекол. На рассвете все выдаваемые столпились у бараков. В пять утра два казачьих священника начали службу под открытом небом молебном о ниспослании спасения «многострадальному воинству казачьему». Тысячи офицеров и генералов стали на колени и горячо молились Богу, роняя порой скупые слезы под наведенными жерлами пушек и пулеметов. Смиренная молитва укрепила их Дух в ожидании шествия на казачью Голгофу…
Казачьи офицеры сели на землю, крепко сцепившись руками. Звучит команда — и английские солдаты кидаются на сидящих, начиная избивать их прикладами винтовок. Эта «процедура» продолжалась около получаса, затем подоспевшее подкрепления английской пехоты, вырывая избитых людей из общей цепи, забрасывают их в машины.
Крестный путь обреченных начался. Офицеров везли в Юденбург. Подъехали к демаркационной линии, разделяющей 8-ю английскую армию и войска 3-го Украинского фронта. Она проходила по реке Мур (через которую был перекинут железный мост на стропилах). Мур имеет примерно 70 м в ширину, высота моста около 30 м над быстрой мелководной горной рекой, поверхность которой была усеяна огромными острыми камнями.
Из грузовиков высадили первую группу офицеров и построили в шеренгу из пяти человек. По команде, поданной англичанами, первая пятерка офицеров в 13 часов 45 минут 29 мая 1945 г. ступила на мост через Мур и двинулась в направлении советской стороны. Дойдя до средины моста, все пятеро как по команде рассыпались в стороны и, подбежав к краю, бросились головой вниз в реку. Казачья Голгофа начала вершиться! Окрестности вздрогнули от выстрелов тяжелых станковых пулеметов, как с английской, так и с советской стороны. Но этого и не требовалось — тела офицеров упали на острые камни и вода окрасилась кровью. Имена погибших: есаул Г. Верескунов, подъесаулы И. Н. Гринько и И. Н. Трофимов, сотник Орехов, хорунжий Г. И. Гулаев.
Выдача была временно прекращена. Теперь через мост двинулись грузовики, очень плотно, один за другим, чтобы никто не мог выпрыгнуть из кузова. К пяти часам дня англичане сделали свое черное дело, в точности выполняя Ялтинские тезисы 1943 г. Выдача СМЕРШу 3-его Украинского фронта 2426 казачьих офицеров была завершена.
В то время как англичане обезглавили Казачий Стан, захватив всех офицеров, рядовые казаки провели выборы нового атамана, назначив таковым подхорунжего Кузьму Полунина. Одновременно были произведены выборы всех командиров полков и бригад. Таким образом, единство и управляемость Казачьего Стана были немедленно восстановлены.
Первым распоряжением нового атамана было предписание всем писарям немедленно сжечь все именные списки офицерского и рядового состава. Равным образом были уничтожены и все другие материалы, которые могли компрометировать казаков.
29 мая утром в Казачий стан прибыл майор В. Р. Дэвис и официально сообщил о решении английского командования с 1 июня начать отправку казаков в СССР. Во исполнение приказа казаки, казачки и дети должны были грузиться в подаваемые железнодорожные составы. Первыми должны были грузиться Донские станицы, затем — Кубанские а потом Терские. Майор Дэвис предупредил, что в случае сопротивления казаки будут разлучены со своими семьями и к ним будет применена сила согласно строгости законов военного времени.
Функции казачьего штаба приняло на себя Церковное Управление Казачьего Стана в составе 32 священников. Был разработан план, согласно которому назначалось общее моление казаков на центральной площади лагеря Пеггец в 6 утра 1 июня. На этой площади казаки соорудили высокий деревянный помост, служивший амвоном, на котором стоял Св. Престол со Святыми Дарами. На богослужении присутствовали 15000 казаков, казачек и детей лагеря Пеггец. Также прибыло Казачье юнкерское училище, позже с хоругвями и во главе с полковыми священниками стали проходить казачьи полки и выстраиваться на площади: 3-й Казачий запасной, 1-й Казачий конный, 1-й и 2-й Донские, 3-й Кубанский, 4-й Тереко-Ставропольский, 5-й Сводно-Казачий, 6-й Донской, казачьи пешие и другие. Священники проводили исповедь казаков и казачек и причащали всех говевших.
К этому времени к железнодорожной станции Лиенца были подготовлены составы с товарными вагонами. Эти составы ожидали казаков для отправки их в СССР.
Но люди продолжали горячо и искренне молиться, в сердце каждого была надежда, что Господь услышит молитву и чудо совершится. Время подходило к полудню, когда послышался шум, и к лагерю стали подъезжать танки и наполненные вооруженными солдатами грузовики. На предложение английского офицера разойтись и приготовиться к погрузке молящиеся ответили преклонением колен перед Святыми Дарами. Но молитва не закончилась. Заработали моторы танков, и они пошли на толпу, ломая ряды людей. Раздались стоны и крики раздавленных и искалеченных. Ужас обуял людей. Солдаты в английской форме, но с отборными русскими ругательствами, били прикладами людей, заставляя их садиться в грузовики. Окровавленные жертвы забрасывались в грузовики, как мешки. Таким образом наполнялись машины.
Со следующего утра погрузка людей продолжалась. И так, регулярно, в течение 2-х недель со станции Лиенц отходили в сторону СССР железнодорожные составы. Душераздирающие крики. Убитые, раздавленные, покончившие с собой. Сплошной пеленой кошмара покрылась земля некогда так горячо любимой родины для казаков. В дороге умерло от болезней две с лишним тысячи казаков и казачек. Оставшиеся казаки «осваивали» бескрайние просторы Сибири и Дальнего Востока. Некоторая часть казаков попала и на печально известный в анналах советской тюремной истории остров Вайгач на Крайнем Севере, в Баренцевом море. Здесь располагались свинцовые рудники. В год умирало здесь около 1500 человек.
Большинство казачьих генералов было повешено в 1946 г., такая же участь постигла и многих офицеров.

Взято с сайта:  http://monarhist.net/history-glimpse/tragediya-lientsa

http://rovs-nz.livejournal.com/123801.html

ч.2. ЛИЕНЦ — КАЗАЧЬЯ ГОЛГОФА

Глава из книги «Живет душа Россией»

Лиенц — уютный, тихий курортный городок в долине реки Дравы (Драу). Каждый год заполняют его люди, говорящие по-русски, которые съезжаются со всего мира — из Европы, США, Канады, Австралии. Рядом с австрийцами в тирольской одежде ходят в своей колоритной форме казаки. Приехавшие собираются в гостинице «Золотая рыбка» в самом центре города. А затем вереница машин с венками и цветами движется за город и сворачивает около указателя Kosakenfriedhof (Казачье кладбище). Здесь погребены останки погибших в 1945 году в лагере Пеггец — тех, кто предпочел смерть возвращению в СССР. Священник служит панихиду, люди держат в руках свечи. Потом все садятся за поминальную трапезу, а позже разъезжаются по всему свету, чтобы вновь вернуться сюда на очередную годовщину.
Казаки со всего мира на кладбище в ПеггецеВ 2005 году встреча в Лиенце проходила с 26 мая по 1 июня. Прибывшее из Мюнхена духовенство Русской Православной Церкви за рубежом (РПЦЗ) во главе с митрополитом Лавром в первый день служило панихиду на мемориальном кладбище в Пеггеце под Лиенцем, На этом заупокойном богослужении присутствовали члены Архиерейского Синода зарубежной церкви: архиепископы — Берлинский и Германский Марк, Сан-Францисский и Западно-Американский Кирилл; епископы — Бостонский Михаил и Штутгартский Агапит.
Ежедневно панихиды под открытым небом служил о. Михаил Протопопов из Австралии. Он приехал с братом Николаем. Детьми они вместе с матерью чудом избежали выдачи. Их отец, Алексей Протопопов, бывший есаул лейб-гвардии Атаманского Его Величества полка, несмотря на то, что был «старым» эмигрантом и не подлежал «репатриации», был отправлен в СССР, пережил 10 лет лагерей. Вызволить своего отца и вновь встретиться с ним в Мюнхене о. Михаил смог только через 35 лет — в 1980 году.
Местные жители бережно хранят память о событиях 1945 года: ухоженное Казачье кладбище, цветы на могилах, памятный крест на месте, где стоял мост, с которого бросались в реку не желавшие возвращения в СССР. Встреча с казаками, когда-то казавшимися тихим австрийцам дикой варварской ордой, оставила по себе добрую и светлую память. Профессор Инсбрукского университета X. Штадлер организовал выставку, посвященную казакам. В бараке около кладбища решено открыть казачий музей.
За всеми кладбищами в Австрии ухаживает организация «Черный Крест». Под опекой этой организации находится Казачье кладбище, а также кладбище времен Первой мировой войны близ Лиенца, на котором захоронены сербы, украинцы, русские. На ажурном кованом кресте в последнем ряду есть надпись: «неизвестный казачий ребенок»…
Жительница Лиенца Эрика Патцольд добровольно взяла на себя обязанность ухаживать за могилами, оплату не берет, а выделяемые организацией средства просит направлять на благоустройство кладбища.
Приехавшие на панихиду с особым трепетом брали в руки книгу «Лиенц — казачья Голгофа» — сборник документальных свидетельств, личных воспоминаний о Лиенце. Впервые он был составлен в 1995 году к 50-летию трагедии Еленой Яковлевной Шипулиной, живущей в Канаде. Первое издание было напечатано на пишущей машинке и размножено на ксероксе. К 2005 году стало ясно, что сборник требует переиздания: все меньше остается живых свидетелей событий, все труднее им приезжать в Лиенц из США или Австралии. Елена Яковлевна переиздала книгу в память о своем отце, священнике-новомученике о. Иакове Бондаре, погибшем в ГУЛАГе. Книга вышла в свет накануне 60-летия выдачи казаков.

Мемориальная доска на кладбище в ПеггецеЧтобы понять трагедию казаков, писавших на стенах бараков и плакатах во время своей насильственной репатриации: «Лучше смерть, чем возвращение в Советский Союз», надо попытаться вникнуть в их судьбу. Тогда становится понятным, что Лиенц стал последним актом трагедии, перед которым были разрушение традиционного уклада жизни казачьих станиц вследствие Первой мировой войны и революции. Затем последовали Гражданская война, расказачивание, коллективизация, голод начала 1930-х годов, репрессии времен Большого террора, постоянная угроза новых карательных акций… Далеко не все казаки считали установившуюся в 1917 году власть своей, далеко не все они могли отождествлять себя со «страной Советов».
Казаки оказались жертвами «великих идей» во время установления советской власти, а в 1945 году — разменной монетой в политическом торге между державами.
История «белого» казачества, в том числе и трагические события в Лиенце, — часть нашей общей истории. Более того, это часть не только российского, но и европейского прошлого. А минувшее требует к себе бережного и тактичного отношения. Такое понимание и существует в Европе. К 60-летию окончания казачьей эпопеи в Италии было приурочено немало мероприятий, в том числе научная конференция «Карния; казаки: 60 лет спустя».
У итальянцев — неоднозначное отношение к казакам: известно, что за время пребывания Казачьего Стана на итальянской земле целые районы были полностью очищены от партизан. И вот сегодня, через 60 лет, выступавшие на конференции говорили что «Казаки в Северной Италии — часть нашей истории, и мы должны сохранить память об этой странице прошлого». По инициативе мэра города Вердзенис Дж. Сулли научный форум завершился открытием памятной доски на вилле «Золотая звезда», где жил генерал П. Н. Краснов. Кстати, все казачьи памятные места в Италии отреставрированы и находятся в прекрасном состоянии. И, наконец, еще одно замечание: говоря о трагедии Казачьего Стана, надо иметь в виду, что большую часть его составляли гражданские лица, не участвовавшие в боевых действиях. Это уникальное объединение возникло во многом стихийно, основу его составляли беженцы с Дона, Кубани и Терека, а также представители горских народов Кавказа и калмыки. Казаки, жившие на оккупированных территориях, не ожидали ничего хорошего от возвращения Советской власти и предпочитали новой встрече уход из СССР. Сохранились свидетельства, что многие станицы пустели буквально за одну ночь или за одно утро — семьи наскоро собирали вещи и двигались со своим скарбом на Запад. Это был настоящий исход: вместе с войсковыми частями перемещались обозы, казаки уводили с собой лошадей и даже верблюдов… Среди уходивших станичников был очень велик удельный вес духовенства и интеллигенции (особенно много насчитывалось учителей и медиков).

Казачий Стан был создан летом 1944 года в Белоруссии, на промежуточном рубеже исхода. Место рождения Стана — село Гречаны близ города Проскурова. Уже в начале осени казаки должны были перебазироваться в Северную Италию, в район Толмеццо. И опять это было не простое передвижение частей, а отчаянная попытка изгнанных из Отечества людей обрести новую родину. Несколько месяцев на итальянской земле существовал Казачий Стан, обретавший в сознании многих беженцев черты стародавнего утопического государства «Казаки». Выходцы из южнорусских земель давали городам и селам, в которых они оказались, близкие своему сердцу имена, перенося на чужую землю родные реалии. Так, на карте Северной Италии появился «Новочеркасск» (город Озопо), казачьи «станицы» и «хутора»…
Мемуаристы в сборнике «Лиенц — казачья Голгофа» по-разному описывают жизнь в Италии. Одни рисуют довольно благостную картину: жизнь текла мирно и гладко, казаки работали над созданием и укреплением своего казачьего быта; в Толмеццо действовали штаб походного атамана, епархиальное, санитарное и ветеринарное управления, продовольственные склады, ремесленные мастерские, войсковой музей, театр, войсковой кафедральный собор (открытый в бывших казармах карабинеров); в одном из поселков работало Общеказачье юнкерское училище (П. Савченко).
Другие свидетели вспоминали, что приказ идти в Италию был для казаков «первым ударом, затем полуголодное, а главное, бесцельное существование в хаотическом таборе, где среди бутафории былого казачьего быта двигались не люди, а людские тени» (М. Антонова).
Так или иначе, Казачьему Стану недолго суждено было размещаться в Италии. Свой последний исход казаки начали в ночь на 3 мая 1945 года. Символично, что шли последние дни Страстной Седмицы, Федор Горб-Кубанский написал о том, как звучали в этом трагическом походе песнопения Страстного Четверга: «Трудно передать сию незабываемую и неведомую миру картину: несколько тысяч людей, бежавших от расправы большевиков из казачьих областей, стоят с обнаженными головами на высоком Альпийском перевале в глухую полночь, в снегу и, не шелохнувшись, слушают пение «Разбойника благоразумного…», которому эхом вторила рокотавшая где-то в ущелье горная речка».
Когда Казачий Стан, преодолев Альпы, приблизился к Лиенцу, многие вздохнули легко и свободно. Лишь у некоторых шевельнулась мысль, что живописная долина с одним-единственным выходом слишком уж напоминает мышеловку.

Казаки надеялись, что союзники не будут отправлять в СССР тех, кто не желает возвращаться туда.
После того, как стало известно, что увезенные (под честное слово) якобы на встречу с фельдмаршалом Г. Александером офицеры не вернутся, над Казачьим Станом повисли тяжелые тучи. Когда через громкоговорители было объявлено, что 1 июня все должны «собираться на родину», казаки, по совету духовенства, решили встретить этот день молитвой. Посреди площади лагеря Пеггец был построен деревянный помост с походным алтарем. С раннего утра началось соборное богослужение. Литургию служили 12 священников. Над собравшимися реяли кресты, хоругви, черные флаги и плакаты со словами: «Лучше смерть здесь, чем возвращение в СССР». Всю массу людей охватывала цепь взявшихся за руки юнкеров. Кто-то продолжал верить, что англичане не посмеют прервать богослужения, опомнятся, откажутся от выдачи… Но, как известно, события развивались по другому сценарию.
Нет точных сведений, сколько казачьих беженцев погибло 1 июня и в последующие дни. Документально известно, что люди не только бросались в Драву, но и резали себе вены осколками стекла, принимали яд. Почему казаки, даже не принимавшие участия в боевых действиях, не хотели возвращаться в Советский Союз? Из множества мемуарных свидетельств напрашивается один ответ: не меньше пыток и смерти физической люди боялись смерти духовной. Они, вкусив однажды свободы, ни за что не хотели возвращаться вновь в мир, где им пришлось бы постоянно лгать и унижаться ради собственного спасения, где из их детей делали бы «простых советских людей».

Выданных ожидали «фильтры Смерша», Донской краевед Д. Иванов приводит следующие цифры: 6 тысяч казаков были осуждены трибуналами и приговорены к расстрелу или длительным срокам заключения; 16 тысяч были без суда и следствия вывезены в бухту Находка, а оттуда как «спецконтингент» переправлены в Магадан, на различные прииски. В тяжелейших условиях Индигирки, Оймякона и других подобных мест выжить смогли немногие.
Насильственные репатриации в Европе продолжались практически до конца 1940-х годов. Борис Ширяев в книге «Ди-Пи в Италии» писал: «В середине мая 1947 года по общежитию на улице Тассо, по Русскому Собранию и всем углам, где ютились русские беженцы, прозвучало полное страшного значения слово: Римини.
Группы русских беженцев, вывезенных из Чине-Чита и других лагерей, были замкнуты в Римини тройным кордоном колючей проволоки. Батальон войск союзнической британской армии нес усиленную охрану… Квадрат №4, где были собраны 165 русских, предназначенных к отправке, был изолирован от остального мира сплошной цепью автоматчиков. Там шел обыск. Отбирали все острое и режущее, вплоть до иголок. Опыт Лиенца, Дахау, Платтлинга был учтен. Порой оттуда слышались крики избиваемых… Передача состоялась вне Италии. Таможенный офицер, просматривавший вагоны на границе, рассказывал о виденных им лужах крови, мертвецах и умирающих, вскрывших себе вены жестью от банок».

Памятный знак в память 60-летия событий в ЛиенцеТе, кто уцелел, пройдя через Лиенц и насильственную репатриацию из других лагерей, объединены в мировое братство выживших, которое представлено ныне в основном теми, кто в годы войны находился еще в отроческом возрасте. В Казачьем Стане и в лагерях для Ди-Пи (перемещенных лиц} было немало детей и подростков, некоторые родились еще в Советском Союзе, другие появились на свет позже — в Австрии, Германии, Италии. Кто-то из этих детей никогда не был на родине родителей, но, как заметил режиссер и художник из Голливуда Никита Кнац-Попов: «Мы все вышли из Лиенца», т. е, эта страница истории живет в наши дни в русском зарубежье. Об этом свидетельствует и то, что в 2005 году на пожертвования были возведены новые памятники казакам на Сербском кладбище в Колма под Сан-Франциско, на русском кладбище в канадском Роудоне. Освящение их было приурочено к дням памяти Лиенца.
Пожалуй, одним из наиболее ярких примеров того, как «дети Лиенца» ощущают свою связь с Россией, служит деятельность атамана Кубанского казачьего войска за рубежом Александра Певнева. Когда-то вместе с родителями он сумел избежать выдачи. Они ушли в горы. Долгими неделями, прячась, карабкались по крутым склонам гор. На тропе высокогорного перевала Александр встретил свою любовь, будущую супругу — Лизу. Так альпийский маршрут превратился в дорогу их жизни. Сейчас душа атамана А. М. Певнева болит за Кубанский казачий музей в Нью-Джерси. Открыв 1 июня 2005 года памятную доску на русском языке на мемориальном кладбище в Лиенце, Александр Михайлович улетел на Кубань — завершать переговоры с губернатором Краснодарского края А. Н. Ткачевым о возвращении в Россию регалий, вывезенных в Гражданскую войну из атаманского дворца Екатеринодара и находящихся теперь в Кубанском казачьем музее в США.

Ответственный редактор и составитель:
док. ист. наук Т. Таболина

«Новый Венский журнал». 2006 г.
www.russianvienna.com

 

1 ответ на Казачья Вандея. Лиенц. Голгофа не только казаков, но и всего Русского народа.

  1. Лиенц: казачья голгофа

    – Татьяна Вячеславовна, в этом году Русское Зарубежье отметило 60-летие кровавых событий в австрийском Лиенце, ставших символом горестной судьбы десятков тысяч россиян, в годы Второй Мировой войны выступивших против большевизма, а затем насильственно выданных Советам западными союзниками Сталина. Вы уже не в первый раз приезжаете на мемориальные мероприятия в Австрию. Не могли бы Вы поделиться с читателями «Родины» своими впечатлениями от этих поездок?
    – Лиенц – уютный, тихий, курортный городок в долине реки Дравы (Драу). Каждый год заполняют его люди, говорящие по-русски, которые съезжаются со всего мира – из Европы, США, Канады, Австралии. Рядом с австрийцами в тирольской одежде ходят казаки в своей колоритной форме. Приехавшие собираются в гостинице «Золотая рыбка» в самом центре города. А затем вереница машин с венками и цветами движется за город и сворачивает около указателя «Kosakenfriedhof» («Казачье кладбище»). Здесь погребены останки погибших в 1945 году в лагере Пеггец – тех, кто предпочёл смерть возвращению в СССР. Священник служит панихиду, люди держат в руках свечи… Потом все сядут за поминальную трапезу, а после разъедутся по всему свету, чтобы вновь приехать сюда на очередную годовщину.
    В нынешнем году встреча в Лиенце проходила с 26 мая по 1 июня. Прибывшее из Мюнхена духовенство Русской Православной Церкви Заграницей во главе с митрополитом Лавром в первый же день служили панихиду на мемориальном кладбище под Лиенцем. На этом заупокойном богослужении присутствовали члены Архиерейского Синода зарубежной Церкви – архиепископы: Берлинский и Германский Марк, Сан-Францисский и Западно-Американский Кирилл; епископы: Бостонский Михаил и Штудгартский Агапит.
    Затем ежедневно, несмотря на зной, панихиды под открытым небом служил о. Михаил Протопопов из Австралии. Он приехал с братом. Детьми они вместе с матерью чудом избежали выдачи. Их отец Алексей Протопопов, бывший есаул лейб-гвардии Атаманского Его Величества полка, несмотря на то, что был «старым» эмигрантом и не подлежал «репатриации», был отправлен в СССР, пережил 10 лет лагерей. Вызволить своего отца и вновь встретиться с ним в Мюнхене о. Михаил смог только через 35 лет – в 1980 году!
    Вечером 29 мая приехали несколько переживших выдачу казаков из России (среди них – 3 офицера и 1 юнкер). Горько и больно было слышать от этих стариков, прошедших лагерные мытарства, об их сегодняшней нищенской жизни. Однако в глазах старых казаков светилась радость: они и не чаяли ещё когда-либо оказаться в этих местах, встретиться со своими войсковыми товарищами из Зарубежья.
    В эти дни в Лиенце была развёрнута выставка «Казаки в Восточном Тироле», подготовленная под руководством уроженца Лиенца профессора Харольда Штадлера. Выставку открыл 26 мая бургомистр Лиенца д-р Иоханн Хиблер. Приехавшие на памятную церемонию приходили на выставку, осматривали экспонаты, затем садились по тентом в саду. И тогда нескончаемым потоком лились воспоминания… А на центральной площади Лиенца сдвигали столы и не могли разойтись до утра. Эти дни объединили тех, кто был здесь когда-то школьником или юнкером, и тех кто впервые услышал о трагедии Лиенца только после переезда на Запад совсем недавно. Из Северной Италии приехала руководитель Культурной ассоциации выходцев из бывшего СССР «Унита» Елена Тукшумская. Из Вероны прибыли Ирина и Юрий Старостенко – инициаторы просветительской программы для молодёжи Зарубежья. Случались неожиданные встречи, во время которых смешивались улыбки и слёзы. Люди находили родственников, знакомых, узнавали бараки для «Ди-Пи» (перемещённых лиц), в которых когда-то жили. Всех порадовало, что профессор Штадлер продолжит этим летом раскопки на местах, где находился Казачий Стан. Найденные археологами и принесённые жителями предметы будут представлены в музее, который разместится в доме у кладбища.
    – А как поддерживается само мемориальное кладбище – средоточие памяти о трагедии казаков?
    – Во время пребывания в Лиенце и в других местах, связанных с трагедией казачества, мы много раз имели возможность убедиться, как бережно хранит здешнее население память о событиях 1945 года, о невинно убиенных. Ухоженное Казачье кладбище, цветы на могилах, памятный крест на месте, где стоял мост, с которого бросались в реку не желавшие возвращения в СССР. а главное, душевная теплота местных жителей – всё это служит свидетельством того, что казаки, когда-то представлявшиеся тихим австрийцам дикой варварской ордой, оставили по себе добрую и светлую память.
    За всеми кладбищами в Австрии ухаживает организация «Чёрный Крест». Под опекой этой организации находится Казачье кладбище, а также кладбище времён Первой Мировой войны близ Лиенца, на котором захоронены сербы, украинцы, русские. На ажурном кованном кресте в последнем ряду есть надпись: «неизвестный казачий ребёнок»…
    В этом году скончалась Марианна – женщина, которая много лет присматривала за могилами казаков. Весной на «Kosakenfriedhof» пришла жительница Лиенца Эрика Патцольд, увидела, что после зимы могилы оказались неприбранными и подняла на ноги местную общественность. На её призыв о помощи откликнулись единодушно. Офис бургомистра выделил рабочих, они подстригли живую изгородь, подсыпали землю; цветочная фирма пожертвовала цветы для посадки на могилах; другая фирма выделила специальные свечи для поминовения. Эрика позвонила в «Чёрный Крест» и сказала, что добровольно берёт на себя обязанность ухаживать за могилами, оплату брать не будет, а в выделяемые организацией средства просит направить на благоустройство кладбища. Эрика была с гостями на всех встречах. Памятный крест, который преподнёс ей в первый же день о. Михаил, она носила не снимая все дни.
    Приехавшие на панихиду с особым трепетом брали в руку книгу «Лиенц – казачья Голгофа». Это – пронзающий душу сборник документальных свидетельств, личных воспоминаний о Лиенце. Впервые он был составлен в 1995 году, к 50-летию трагедии, бывшей «остовкой» Еленой Яковлевной Шипулиной, бессменным редактором издающегося в Канаде журнала «Станичный вестник». Первое издание было напечатано на пишущей машинке и размножено на ксероксе. К 2005 году стало ясно, что сборник требует более серьёзного издания: всё меньше остаётся живых свидетелей событий, всё труднее им приезжать в Лиенц из США или Австралии. Елена Яковлевна решила переиздать книгу в память своего отца, священника-новомученика о. Иакова Бондаря. Воистину, с помощью Божией книга вышла в свет накануне 60-летия выдачи казаков. В ходе нашей беседы я бы хотела процитировать некоторые воспоминания, вошедшие в сборник.
    http://www.istrodina.com/rodina_articul.php3?id=1694&n=89

Прокомментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

This blog is kept spam free by WP-SpamFree.